Индокитай после Победы Индуизм придумали индоевропейцы. Индокитай заселён предками монголоидов. Кто-то приплыл через Тихий океан, кто-то мигрировал по суше, кто-то спустился с гор. Со стороны Индии приходили купцы и монахи. Индокитай - это место синтеза. Монахи с фото живут в Камбодже или пришли с Лаоса. Они буддисты и любуются на индуистский храм. Строили его мастера из Индии во времена Кхмерской империи. Кхмеры заселили Индокитай, спускаясь по реке Меконг. Смешались с малой группой аборигенов и приняли индуизм. Затем в Индокитай спустились тайцы и расширили влияние буддизма. Индокитай заселялся в несколько потоков: 1) Африканцами по суше (предки негритосов и папуасов). Плюс малые группы купцов и миссионеров из Индии. Прямо сейчас остаются жить в Индокитае малые группы туристов (в том числе из России). Индокитай - это место синтеза индоевропейцев и монголоидов. Люди китайской традиции принесли с собой дисциплину, трудолюбие и культ предков. Переселившись в Индокитай они восприняли идеи купцов и монахов из Индии (индуизм, буддизм, мягкий феодализм). Затем добавился ислам. Синтез продолжается. Ислам укрепил дисциплину. Трудолюбие в связке с мягким феодализмом создаёт миллионы мелких собственников. Поколение за поколением люди выращивают рис, чтобы прокормить себя и близких. Живут кланами. Города представляют из себя место торговли. Производства мало. Поэтому основа туризм. Рис и туризм. Индокитай делает минимальный вклад в мировое хозяйство. Дисциплинированные люди без общественных институтов. По сути в Индокитае до сих пор феодализм. Именно промышленность определяет влияние региона на мировую политику и дипломатию. Скептицизм могут смущать следующие факты: 1) Рост Сингапура при Ли Куан Ю. В Сингапуре нет сельской местности. Население преимущественно китайское, то есть трудолюбивое и дисциплинированное. Для роста Сингапуру достаточно было инвестиций. Ли Куан Ю дополнил инвестиции жёстким пинком. В Индонезии и Малайзии население преимущественно сельское. Население приплыло с Тайваня через Филиппины. Австронейзийцы - это такие морские китайцы, которые изобрели лодку с балансиром и исплавали два океана (Тихий и Индийский). Они селились на всевозможных побережьях и выращивали рис. Поэтому в Индонезии, Малайзии, Мадагаскаре и на Филиппинах население сохраняет сельские традиции и любые инвестиции поглощаются коррупцией. Махатхир Мохамад дал такой же жёсткий пинок Малайзии. Укрепил ислам и направил инвестиции на сельское население (немного китайцев пришлось побить палками). Сельские мусульмане получили среднее образование и переехали в город. В нескольких городах запустили производство электроники и автомобилей благодаря жёсткому требованию Махатхира. В Индонезии жёсткого пинка не было. Сухарто был реактивен и ленив. После разгрома коммунистической партии режим остался полицейским и занимался распиливанием инвестиций от США. Поэтому экономика Индонезии остаётся сельской (рис, масло, каучук, мебель из бамбука). Махатхир играет серьёзную роль в политике до сих пор. В Индонезии после Сухарто сменяются безликие лидеры, поддерживающие неопределённость курса. Ислам не позволяет принять западные ценности в полной мере, а с Китаем есть исторический конфликт. Махатхир выгонял китайцев из Малайзии в Сингапур, а в Индонезии китайцев буквально убивали в 1965 и 1998 годах. Чёткая традиция пока не сложилась. В Сингапуре тоже конфликт образа жизни США и китайской основы. На Филиппинах ситуация проще, потому что христианство (80% населения католики) сочетается с западным образом жизни. Избыток криминала и наркомании связан с избытком свободы. Экономика остаётся сельской (рис, кокос, ананас). Попытка индустриализации была (буквально несколько лет назад), но провалилась из-за доминации криминала и недостатка специалистов. Филиппины будут выбирать прозападный путь и продолжат неуспешную борьбу с криминалом (при западном образе жизни для порядка требуется развитая система образования). Иногда пролетают оптимистичные новости о перспективах филиппинской экономики. Не стоит верить. Люди просто отмывают и пилят деньги. Большего внимания заслуживают новости об экономике Вьетнама. Зарплата вьетнамцев примерно в три раза меньше, чем в Китае. Поэтому Вьетнам с каждым годом становится всё более привлекательным рынком. Все подряд транснациональные компании инвестируют и строят заводы. Люди работают в жёстких условиях без отпуска (иногда без выходных). Индийская традиция сказывается на вьетнамцах. Дисциплина ниже китайской, но учатся вьетнамцы быстро. В ближайшие годы часть компаний полностью уйдёт из Китая во Вьетнам. В интернете мы всё чаще будем сравнивать путь развития Китая и Вьетнама. Результат будет тот же. Вьетнамцы возьмут то, что нужно им и пойдут своим путём. Азиатский финансовый кризис (конца девяностых) не задел Вьетнам. Причина банальна. Власть Вьетнама балансирует экономику. Есть свободный рынок, но банковская система находится под контролем. В Индонезии и Таиланде банковская система была дерегулирована, что привело к спекуляциям. Самая простая спекуляция, - это выдача некачественных кредитов. Ещё можно взять деньги с депозитов и сделать вклад в рискованные ценные бумаги. Можно банально вывести деньги из банка (индийская традиция это позволяет). Кризис стартовал с Таиланда. Следовательно, банковская система Таиланда была наиболее безответственной. Рост Таиланда и Камбоджи - дутый. Это просто цифры (инвестиции и ВВП). Инвестиции - это банковский перевод. ВВП - это договор купли-продажи. Что скрывается под договором? Какого качества создан товар? Какого качества предоставлена услуга? Как именно ЦБ распорядился кредитом от МВФ? О чём именно договорились два частника (инвестор и предприниматель)? Капиталистическая экономика не может быть прозрачной. Камбоджа - это спокойное место без перспектив. Спокойное, потому что во главе жёсткий лидер. Без перспектив, потому что в Камбодже наиболее сильна индийская традиция (сельское население с низкой дисциплиной). После ухода лидера Камбоджа будет выбирать из двух вариантов: 1) Пойти по пути Таиланда и стать его продолжением. Таиланд уже определился. Идея разрушения личности ради быстрого обогащения победила. Элиты стараются угодить всем и получить максимум инвестиций для распила. Тот, кто не может обогатиться, - уходит в различного рода зависимости (понижая общественную пользу до минимума). Сейчас жадностью тайских кланов управляют туристы. Когда туризм закончится, появятся военные базы США. Остались Лаос, Мьянма и Папуа. Места вечного кризиса. Лаос - это горная страна с сельским населением. Горная страна должна быть индустриальной (если не получается, то сырьевым придатком). Для индустриализации лаосцам не хватает образования, а для сырьевой зависимости не подходит идеология. Идеологию Мьянмы расшатывает Запад, чтобы окружить Индию (с другой стороны проамериканский Пакистан). Мьянма держится, поэтому изоляция продолжится. Новая Гвинея остаётся важным местом для военных. Как только на Тихом океане начнутся боевые действия, военные займут остров. Папуа не будут участвовать в войне и ни с кем не будут сотрудничать. Они довольны жизнью. Таким образом Лаос и Мьянма остаются центром буддизма с минимальным влиянием на политику. Папуа остаётся абсолютно самобытным и недоступным для сотрудничества. Единственная интрига в будущем Индокитая - это влияние Индии. Варианта два: 1) Индия будет уравновешивать влияние Китая. Влияние уменьшается со времён падения Кхмерской империи. Началось падение в связи с миграцией тайцев из южного Китая, и ускорилось когда вьеты забрали устье Меконга. Кхмеры стабильно проигрывали битвы китайским мигрантам. Сейчас тайцев, вьетов и бирманцев в Индокитае больше 200 миллионов, а кхмеров осталось в десять раз меньше. Вьеты и тайцы в большинстве своём арелигиозны. Поэтому единственный путь для Индии - это влияние через бирманцев. Но бирманцы (как и кхмеры) остаются сельскими жителями и об индустриализации не помышляют. Поэтому сначала индустриальная революция должна произойти в Индии, а затем через Бангладеш перейти в Мьянму. В Китае индустриализация уже произошла. Во Вьетнаме происходит прямо сейчас. Индустриализация - это наличие специалистов (система образования) и независимая финансовая система (возможность самостоятельно определять план действий). Индия остаётся в зависимости от Британии. Образованные индусы уезжают в метрополию. Внутри Индии работают инвестиционные проекты с британским капиталом. Если британский капитал уйдёт из Индии, то рупия обвалится. Традиция сильна. Индия в мировой политике выполняет две роли: 1) Является бесконечным рынком для британских частников. Поэтому с экспортом технологий надо быть осторожнее. То, что получат индусы со временем станет британским. Сейчас Британии проще торговать с Россией и Китаем через Индию. Нам надо думать, чем торговать. Назначение индуса премьер- министром - это ход для укрепления отношений. Британцы не планируют отпускать Индию. Забрать её получится только силой. Встречи в формате Россия - Индия - Китай полезны, но закончатся они могут только ультиматумом. Чтобы стать союзником, Индия должна изгнать британский капитал и перестать сотрудничать с Британией. Если Индия согласится, то: 1) Рупия моментально обвалится. По сути нам придётся выстраивать экономику Индии заново. Без Китая мы такую задачу не потянем. Слишком много людей. Пока мы не имеем дела с самостоятельный Индией. Происходит убедительная имитация суверенитета, но британский капитал проник слишком глубоко. Он сам стал традицией и получил возможность устанавливать новые традиции через финансовое поощрение. В ближайшее время менять политику в Индокитае необязательно. У РФ хорошие отношения со всеми странами и это действительно хорошо. В предстоящих событиях у Индокитая будет второстепенная роль. Регион останется безопасным. Новая роль появится после завершения Корейской войны. Вариантов два: 1) Индокитай станет базой военного контроля за Китаем (при победе США). После индустриализации Индокитай станет важным союзником Китая. Пока индустриализация невозможна, потому что коммерческим компаниям нужна дешёвая рабочая сила. Но перспектива огромна. В Индокитае огромное население, которое постепенно впитывает традиции индоевропейцев и монголоидов. Синтез разных культур и традиций - это мощный экономический инструмент. На будущее полезно уже сейчас активно заходить (через коммерческие компании) на остров Калимантан (или Борнео). Вокруг острова много нефти. Остров разделён между тремя государствами (Индонезия, Малайзия, Бруней). Плюс крепко привязана история юга Филиппин (Палаван, Замбоанга, Бангсаморо). Остров связывает густонаселённые уголки Индокитая. При этом экономически развит слабо. Мы можем помочь с нефтедобычей. Поделиться технологиями и специалистами. Всем будет польза и благо. Кроме браконьеров. Они контролируют лесозаготовки на острове. С ними тоже полезно разобраться. Мы можем дать больше пользы Индокитаю. Нам нужны конкретные коммерческие предложения для Борнео. В идеале нам нужна комплексная стратегия развития для всего региона.
|